УИД 18RS0003-01-2024-000232-86

ШЕСТОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

                                                                  № 88-15802/2025

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

кассационного суда общей юрисдикции

7 октября 2025 г.                                                               г. Самара

    Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:

    председательствующего Балакиревой Е.М.,

    судей Петровой И.И., Пиндюриной О.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО на решение Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 07.11.2024 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 19.03.2025 по гражданскому делу № 2-2540/2024 по иску ФИО к МВД по Удмуртской Республике, Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, МВД России о компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Балакиревой Е.М., проверив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО обратилась в суд с иском к МВД по УР, ОРЧ СБ МВД по УР о взыскании компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей.

 В обоснование иска указано, что сотрудниками ОРЧ СБ МВД по УР незаконно обработаны ее персональные данные (образцы ДНК), поскольку в поручении от 13 февраля 2018 года не указано на изъятие образцов ДНК. По результатам совершения указанных действий проведена экспертиза и в отношении истца возбуждено уголовное дело. Таким образом, по мнению истца, обработка биометрических данных произведена с нарушением ст.5 Федерального закона от 27.07.20068 №152-ФЗ «О персональных данных». В связи с нарушением порядка обработки персональных данных истцу причинены нравственные страдания, она испытала эмоциональный стресс, унижение.

 В ходе рассмотрения дела судом к участию в деле в качестве соответчика привлечена Российская Федерация в лице Министерства финансов Российской Федерации, МВД России, а в качестве третьих лиц - ФИО3, ММО МВД России «Воткинский».

 Определением суда от 7 ноября 2024 года производство по делу в части исковых требований ФИО к ОРЧ СБ МВД по УР прекращено.

 Решением Октябрьского районного суда г.Ижевска Удмуртской Республики от 07.11.2024, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 19.03.2025, в удовлетворении исковых требований отказано.

 В кассационной жалобе заявителем ФИО ставится вопрос об отмене судебных постановлений суда первой и апелляционной инстанции как незаконных.

 В обоснование доводов жалобы заявитель указала, что судами нарушены и неправильно применены нормы материального и процессуального права, не применен закон, подлежащий применению, не выяснены юридически значимые обстоятельства дела, а также дана неправильная оценка доказательствам и доводам истца. По мнению заявителя, в данном случае имеются основания для взыскания компенсации морального вреда в связи с фактом нарушения ответчиком законодательства. Таким образом, заявитель жалобы считает доказанным факт причинения моральных и нравственных страданий. Однако, судами не дана надлежащая правовая оценка доводам истца и представленным доказательствам, в связи с этим принято незаконное решение.

 Представители лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились. Руководствуясь положениями ч.5 ст.379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

 Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению.

 Согласно части первой статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

 По общему правилу, установленному п.п.1 и 2 ст.1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (п.1 ст. 1070, ст.1079, п.1 ст. 1095, ст.1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (ст.1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

 В силу п.2 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных п.1 указанной статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст.1069 данного кодекса. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

 Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, положения статьи 1069 ГК РФ, регламентируя вопросы возмещения вреда, причиненного в том числе органами публичной власти, направлены на защиту прав потерпевших в деликтных обязательствах, обеспечение закрепленного в статье 35 Конституции Российской Федерации принципа охраны права частной собственности законом, реализацию требований ее статей 52 и 53; применение статьи 1069 ГК РФ предполагает наличие в том числе таких общих условий деликтной (внедоговорной) ответственности, как наличие вреда, противоправность действий его причинителя, причинная связь между вредом и противоправными действиями, вина причинителя (постановления от 3 июля 2019 года № 26-П, от 12 июля 2023 года № 39-П).

 В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

 Согласно п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" по общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

 Презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

 В силу положений ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

 Как установлено судом первой инстанции и усматривается из материалов дела, 17 января 2018 года дознавателем МВД России «Воткинский» ФИО1 начальнику ОРЧ СБ УР в связи с проведением дознания по уголовному делу дано поручение изъятие у ФИО образцы буккального эпителия для проведения молекулярной генетической экспертизы.

 Из смысла поручения следует, что указанные действия совершены в связи с проверкой ФИО и иных лиц на причастность к совершению преступления, по которому ведется дознание.

 26 января 2018 года в связи с проведением дознания по уголовному делу № 11701940003098313 у ФИО получены образцы буккального эпителия, о чем составлен акт.

 13 февраля 2018 года дознавателем ММО МВД Poccии «Воткинский» ФИО1 начальнику ОРЧ СБ МВД по УР в связи с проведением дознания по уголовному делу дано поручение изъять у ФИО экспериментальные образцы почерка и опросить ее с применением полиграфа.

13 февраля 2018 года старшим оперуполномоченным по особо важным делам ОРЧ СБ МВД по УР ФИО3 был составлен акт получения для сравнительного исследования.

 Иные акты получения образцов почерка 13 февраля 2018 года в материалах уголовного дела отсутствуют.

 14 февраля 2018 года экспертом ЭКЦ МВД по УР подготовлено и составлено заключение генетической экспертизы №479, 480, в ходе которой исследовались образцы ДНК ФИО.

 Из протокола судебного заседания по уголовному делу ФИО следует, что в ходе его рассмотрения была допрошена ФИО и ее защитник приводили доводы о нарушении порядка изъятия у нее 13 февраля 2018 года буккального эпителия.

 Вступившим в законную силу приговором Воткинского районного суда Удмуртской Республики от 23 апреля 2029 года ФИО признана виновной по части 1 статьи 207, части 1 статьи 207, части 1 статьи 207, части 2 статьи 207 Уголовного кодекса Российской Федерации (заведомо ложное сообщение об акте терроризма).

 Из данного приговора следует, что в ходе уголовного дела судом с учетом доводов ФИО дана правовая оценка действиям старшего оперуполномоченного по делам ОРЧ СБ МВД по УР ФИО3, имевшим место 13 февраля 2018 в связи с получением сравнительных образцов. Кроме этого, судом также дана и правовая оценка заключениям эксперта, предметом исследования которых явились в том числе и образцы ДНК ФИО.

 Вышеуказанные доказательства суд признал допустимыми и ссылался на них при вынесении приговора.

 Судами вышестоящих инстанций при проверке законности вынесенного ФИО приговора, указанные доказательства недопустимыми не были признаны, а соответствующие выводы суда первой инстанции из приговора не исключены.

 15 января 2020 года ФИО обратилась в Управление надзора по Удмуртской Республике с заявлением, в котором привела доводы о нарушении ее прав при изъятии у нее 13 февраля 2018 года генетических персональных данных (образцов ДНК) в ЭКЦ МВД по УР.

 В ходе рассмотрения обращения ФИО начальнику ОРЧ СБ МВД по УР направлен запрос о предоставлении сведений по обработке персональных данных истца.

 Письмом от 17 февраля 2020 года №43/312 инициатору запроса сообщено, что 26 января 2018 года и 13 февраля 2018 года сотрудниками ОРЧ СБ МВД по УР, на основании поручений дознавателя ОД ММО МВД России «Воткинский», в рамках уголовных дел № 11701940003098313, возбужденного 26 сентября 2017 по ч.1 ст.163 УК РФ, и № 11701940003099713, возбужденного 29.09.2017 года по ч.ч. 1, 2 ст. 207 УК РФ, в соответствии со ст. 144, 202 УПК п. 9 ч.1 ст.12, п. 9 ч.1 ст.13 Федерального закона от 07 февраля 2011 года №3-ФЗ «О полиции», были изъяты экспериментальные образцы почерка и единого эпителия у ФИО. Указанные образцы переданы дознавателю для назначения и проведения экспертизы и приобщения к материалам данного дела.

 По результатам рассмотрения обращения Управлением Роскомнадзора по Удмуртской Республике в адрес ФИО направлено письмо от 11 марта 2020 года, в котором сообщено о том, что обработка ее биометрических персональных данных осуществлялась ОРЧ СБ МВД по УР и ММО МВД России «Воткинский» без согласия в рамках уголовного судопроизводства в связи с осуществлением правосудия, в связи с этим каких-либо нарушений прав заявителя как субъекта персональных данных не установлено.

 19 августа 2020 года ФИО обратилась в Октябрьский МСО СУ России по Удмуртской Республике с заявлением о фальсификации материалов уголовного дела и даче ложных показаний ФИО3.

В ходе проведения процессуальной проверки по указанному заявлению ФИО в объяснениях от 19 августа 2020 года сообщила следователю, что 13.02.2018 в здании ЭКЦ МВД по УР ФИО3 изъял у нее образцы ДНК без составления каких-либо актов.

 В ходе проведения процессуальной проверки по заявлению ФИО в объяснениях от 27 августа 2020 года ФИО3, являвшийся на тот момент старшим оперуполномоченным по особо важным делам ОРЧ СБ МВД по УР пояснил, что 13 февраля 2018 года с согласия ФИО в здании ЭКЦ МВД по УР произвел изъятие буккального эпителия, о чем составлен соответствующий акт.

 Постановлением следователя СО по Октябрьскому району г. Ижевску СУ СК России по Удмуртской Республике Косолаповой К.Н. от 24 мая 2021 г отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 по ч. 2 ст. 307, ч. 1 ст. 286, ч. 1 ст. 285 УК РФ в связи с совершением фальсификации материалов уголовного дела и дачи заведомо ложных сообщений в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела.

 Вступившим в законную силу постановлением судьи Октябрьского районного суда г. Ижевска от 28 сентября 2021 года жалоба на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 24 мая 2021 года оставлена без удовлетворения.

14 ноября 2022 года ФИО обратилась в суд с административным иском к МВД по УР, начальнику оперативно-розыскной части по собственной безопасности МВД по УР ФИО4, в котором просила:

- признать незаконными действия начальника оперативно-розыскной части собственной безопасности МВД по УР ФИО4 по не предоставлению по запросу Управления Роскомнадзора по Удмуртской Республике доказательств законной обработки персональных данных ФИО (образов ДНК 13 февраля 2018 года),

- признать недостоверным ответ от 17 февраля 2020 ГОДЕ. начальника оперативно-розыскной части собственной безопасности ФИО4 на запрос Управления Роскомнадзора по Удмуртской Республики.

 В обоснование заявленных требований указала на то, что в рамках ее обращения по незаконной обработке персональных данных и защите ее прав начальником оперативно-розыскной части собственной безопасности Раевским Г.Е. на запрос Управления Роскомнадзора по Удмуртской предоставлен ответ от 17 февраля 2020 года № 43/312, в котором сообщалось о том, что 13 февраля 2018 года оперуполномоченным оперативно-розыскной части по собственной безопасности МВД по УР ФИО3 на основании поручения дознавателя ОД ГУ «Межмуниципальный отдел МВД России «Воткинский» были изъяты биометрические персональные данные Эльвинской М. Г. При этом, в поручении дознавателя не указано на изъятие образцов ДНК истца 13 февраля 2018 года. Доказательств законной обработки биометрических персональных данных истца (образцов ДНК) 10 октября 2022 года не предоставлено, чем нарушено право на получение законного ответа на обращение.

Вступившим в законную силу решением Индустриального районного суда г. Ижевска УР от 25 мая 2023 года оставлен без удовлетворения административный иск ФИО к начальнику оперативно-розыскной части безопасности МВД по Удмуртской Республике Раевскому Г.Е., МВД по УР о признании незаконными действий по не предоставлению на запрос Управления Роскомнадзора по Удмуртской Республике доказательств законной обработки персональных данных ФИО (образцов ДНК) 13 февраля 2018, о признании незаконным ответа от 17 февраля 2020 года № 43/312 начальника оперативно-розыскной части собственной безопасности МВД по УР ФИО4 на запрос Управления Роскомнадзора по УР.

 Таким образом, судами принято во внимание, что ФИО в порядке административного судопроизводства оспаривались действия начальника оперативно-розыскной части собственной безопасности МВД УР Раевского Г.Н. по не предоставлению на запрос Управления Роскомнадзора по Удмуртской Республике доказательств законной обработки персональных данных ФИО (образцов ДНК) 13 февраля 2018 года в отсутствие поручения на отбор образцов ДНК; также истец просила признать незаконным ответ от 17 февраля 2020 года № 43/312 начальника оперативно-розыскной части собственной безопасности МВД по Удмуртской Республике ФИО4 на запрос Управления Роскомнадзора по Удмуртской Республике.

 Судами, в процессе рассмотрения данного дела установлено, что экспериментальные образцы почерка и буккального эпителия административного истца были получены при проведении оперативно розыскных мероприятий в рамках уголовного дела, в связи с этим районный суд, как и суды вышестоящих инстанций не усмотрели неправомерности действий административных ответчиков, поскольку образцы буккального эпителия были получены при проведении оперативно-розыскных мероприятий в рамках уголовного дела, отказав на этом основании в удовлетворении административного иска.

 Следовательно, установленные судебными актами по результатам рассмотрения административного иска ФИО обстоятельства в силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обязательны для суда при рассмотрении настоящего дела. Таким образом, в отсутствие противоправности действий должностных лиц МВД по УР оснований для удовлетворения компенсации морального вреда у суда первой инстанции не имелось.

 На основании вышеизложенного, разрешая спор по существу, суд первой инстанции, и с ним согласился апелляционный суд, руководствуясь ст.ст. 150, 151, 1064, 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», а также с учетом вступившего в законную силу судебного акта, оценив по правилам ст.67 ГПК РФ представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимной связи, пришел к выводу о том, что правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО требований не имеется, поскольку истцом не доказан факт причинения морального вреда в результате неправомерных действий (бездействий) должностных лиц ответчика.

 При этом суд апелляционной инстанции исходил из того факта, что отсутствие письменного поручения на получение образцов ДНК, при проведении оперативно-розыскных мероприятий в рамках уголовного дела, вопреки мнению истца не свидетельствует о нарушении установленной законом цели обработки персональных данных.

 Таким образом, в отсутствие противоправности действий должностных лиц МВД по УР оснований для удовлетворения требований о компенсации морального вреда не имеется.

 Судебная коллегия не усматривает оснований для отмены решения суда первой инстанции и апелляционного определения по доводам кассационной жалобы исходя из следующего.

 Общий порядок, условия и способы компенсации морального вреда установлены статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также, в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

 Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

 В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

 По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

 В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

 Судам следует учитывать, что моральный вред, причиненный правомерными действиями, компенсации не подлежит (п.13 постановления Пленума РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

 На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что бездействие должностных лиц МВД России по УР не установлено. Моральный вред, причиненный правомерными действиями, компенсации не подлежит (п.13 постановления Пленума РФ).

 Таким образом, проанализировав в порядке ст.67 ГПК РФ установленные обстоятельства и представленные доказательства, в том числе на которые ссылается истец, указывая о причинении морального вреда, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что надлежащих доказательств причинения истцу морального вреда (физических и нравственных страданий) неправомерными действиями (бездействиями) ответчиков, истцом в нарушение ст.56 ГПК РФ не представлено.

 С учетом вышеизложенного, доводы истца в кассационной жалобе о том, что имеются основания для взыскания компенсации морального вреда в связи с нарушениями законодательства, регулирующего спорные правоотношения, отклоняются судебной коллегией.

 Поскольку совокупности указанных обстоятельств, которые позволили бы прийти к выводу о возложении на ответчиков обязанности по возмещению вреда истцу, в данном случае не установлено, а ФИО не представлено доказательств наличия виновных действий ответчиков, которые находятся в причинно- следственной связи с причинением ему моральных и нравственных страданий.

 Таким образом, мотивы, по которым суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, а также оценка доказательств, подтверждающих эти выводы, приведены в мотивировочной части судебного решения и апелляционного определения и считать их неправильными у судебной коллегии оснований не имеется.

 При таких обстоятельствах судебная коллегия соглашается с выводом суда первой и апелляционной инстанции об отсутствии правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда.

 Суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими и определять, какое судебное постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела (часть 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

 Таким образом, доводы заявителя кассационной жалобы не подтверждают нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и фактически основаны на несогласии с оценкой обстоятельств дела, поэтому они не могут служить основанием для кассационного пересмотра состоявшихся по делу судебных постановлений.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не находит предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены обжалуемых судебных постановлений по доводам кассационной жалобы заявителя.

Руководствуясь статьями 379.6, 379.7, 390 и 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 07.11.2024 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 19.03.2025 по гражданскому делу №2-2540/2024 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО - без удовлетворения.

    Председательствующий                                   Е.М. Балакирева

        Судьи                                  И.И. Петрова      О.Р. Пиндюрина

Мотивированное кассационное определение изготовлено 14 октября 2025 г.

Источник: https://6kas.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=doc&number=15431031&delo_id=2800001&new=2800001&text_number=1